Category: литература

scared

Тираж

Что чувствовал литератор 19-го века, попадая в немилость властям? Сибирь Сибирью, а самое страшное, если ссыкливые журналисты переставали брать его рукопись в печать.

Каково это было жить в эпоху оттиска? Пиши по своим способностям, литератор 21-го века, пиши в интернет и будет дана тебе аудитория, по таланту твоему. Помножить на коэффициент Х.

А если вы живете в эпоху не почтовых программ, а почтовых лошадей, и пишите пером, и потому ножик у вас оправдывает свое название — перочинный. Если вы печатались в журнале в коротким названием в одно слово, а теперь вас не берут в печать, то куда вы засунете свои тексты?

Поручик... Няня, где же кружка?

А если текстов нет, то и самого человека как бы нет. Потому что он и состоит из своих текстов на 80%. Нет-нет, не из воды. Это графоман состоит на 80% из воды.

В стол, ага... Спасибо, поручик, что нашли слово. В стол писать можно, но писать в стол — это как самого себя поместить в стол. Вы пробовали жить в табакерке?

Во-первых, внутри табакерки влажность. Табак, если для трубки он в самый раз, то для жизни он все-таки сыроват. Во-вторых, нечем дышать. Даже если и не латакия, то одно дело жечь, и совсем другое дело зарыться в него с головой и захлопнуть крышку. 

Нет, писать в стол можно. И даже, наверное, нужно. 

Няня, возьми трубку.


scared

Способность удивляться

УДИВЛЕНИЕ – СИГНАЛ О НЕДОСТАТКЕ ИНФОРМАЦИИ

Способен ли ты удивляться? Это очень важно, потому что, удивляясь, ты сигнализируешь себе о критической недостаче информации. Этот сигнал запускает выработку гипотез. То есть, чем чаще удивляешься, тем больше тренируешься в выработке гипотез.


НЕ УДИВЛЯЕШЬСЯ – ПЛОХО ДУМАЕШЬ

Если не происходит удивления новизне, гипотезы не вырабатываются, и тогда к совершенно новой ситуации сознание применяет типовые клише. Что это значит? Ситуация овнутряется, но в измененной, искаженной форме, позволяющей применить к новой ситуации заученные подходы. Или же новая, непонятная ситуация вообще вылетает из сознания.
Как пропадает способность удивляться?


ЧТОБЫ УДИВЛЯТЬСЯ, НАДО ИМЕТЬ ТОНКУЮ ЭМОЦИОНАЛЬНОСТЬ

Настоящее, не грубое-наигранное удивление я испытать не могу, если у меня нет эмоционального отношения. Когда «мне все равно», то чему удивляться?



Значит, нужна именно тонкая эмоциональность – способность переживать и чувствовать. Именно она «отвечает» за мою способность обнаружить критическую нехватку информации и начать решение некорректно поставленной задачи – выдвигать гипотезы, разрабатывать их; искать, анализировать и синтезировать информацию.


ЧТЕНИЕ РАЗВИВАЕТ ТОНКУЮ ЭМОЦИОНАЛЬНОСТЬ

Тонкую эмоциональность можно подавлять, а можно развивать. Один из мощнейших инструментов развития тонкой эмоциональности – художественная литература. Да и искусство вообще. В этом ответ на вопрос «нафига мне, взрослому мужику читать книжки»?

Взрослому человеку необходимо читать художественную литературу, причем читать вдумчиво и проникновенно, для того… Чтобы сохранить способность думать.

Человек, у которого тонкая эмоциональная структура личности подавлена или просто не развита, в незнакомой ситуации отреагирует на новизну следующим образом: его сознание либо вообще отбросит непонятную задачу, либо превратит некорректно поставленную задачу в корректно поставленную. Если задача не вылетит из сознания, сознание ее переврет – переформулирует в нечто понятное. Но именно в нечто.


ЛОВУШКА КОНСПИРОЛОГИИ

Есть несколько приемов трансформации реальных, но непонятных задач в задачи «понятные», но уже не реальные. Прием «универсального волшебного ключа», называется конспирология. Для конспирологии необъяснимого нет. Единственное, чему может удивиться конспиролог, так это тому, что любой вопрос в жизни имеет один и тот же ответ.

Ловушка конспирологии – это способ обмана людей, тупеющих вследствие огрубления эмоциональной сферы. Им хочется универсальных ответов и они находят их в присутствии инопланетян, заговорах, таинственных волнах и тд.
Уровень образования, глубина отраслевой компетенции не спасают! Потому что, если внутри академика запущен механизм уничтожения тонкой эмоциональности – привет тебе, тупизна!

И неспособность подлинно удивляться есть признак, сопутствующий этим процессам.

Но ведь есть ещё и ловушка прагматизма…

scared

Что говорит дед Агван

Игоря Растеряева мы знаем как автора и исполнителя зажигательных песен "Дорога" и "Комбайнёры". Но на этот раз – стихотворение к празднику 9 мая. Оно более глубокое, чем может показаться.

Речь в стихотворении, в первом приближении, о том, что дед Агван не превратился в машину убийства. При всей своей боевой выучке и святой ненависти к врагу, он сохранил в себе человеческое, или, как скажут верующие, душу. Не позволил ей сгореть в войне, в военной работе. Эпизод с немецким пареньком – экзамен на живую душу. Как Агван её сохранил, не рассказано, но сохранил.

Важен момент переживаний деда на воспоминаниях об "экзамене на живую душу". Вернувшись с Войны, дед не мог просто вернуться в мирную жизнь. Без колоссальной силы Духа, он бы войну не прошёл. И эти пробуждённые в нём силы должны были работать дальше. Дальше, вероятно, было восстановление страны. Дальше, быть может, какие-то стройки, но чем дальше, тем меньше и наше общество, и наша советская жизнь востребовала этот Дух. А погасить его в себе так просто нельзя.



И где-то в сознании или около витает мысль: С кем я воевал и почему вернулся домой? Не с немецким же народом воевали, не с Германией и даже не с немецкой армией, а с фашизмом. Но уже с 1946 стало ясно, что фашизм не умер, а ушёл. А значит, война не закончена?

Тогда была предложена легенда, что воевали... с Войной. Войну победили, наступил Мир, и теперь наша миссия на Земле – защищать Мир от Войны. И, разумеется, этот Мир по-всякому обживать. То есть бороться за качество жизни – удовлетворять всё растущие потребности советского человека. Это программа XXII Съезда. Менее, чем через 20 лет она взорвётся Перестройкой.

Детство Игоря – это 80-е. Наверняка, дед не мог не переживать в эте годы многолетнее томление невостребованного Духа и насаждаемое вокруг царство трепетной души и жажды материального достатка. А в этом же и есть вся культура 80-х: фильмы про слабых мужчин, песни Окуджавы, внимание к "маленькому человеку" и т.д. Потому и вспоминал «белые немецкие простыни», что не мог найти ответа на вопрос «Зачем же мы воевали?». А ответ «Затем, чтобы спать на белых простынях» его не устраивал. Радикально не устраивал.

scared

Выпил кофе

Collapse )У поэтов и музыкантов есть особый жанр выступления. Называется "Стоя на голове". Это когда скрипач сыграет на своей скрипице что-нибудь бодрое, но непременно стоя на голове. Или фокусник покажет фокус, изогнувшись, как йог. Или поэт прочтет свои стихи жопой.

Или художник нарисует картину, например, вот так:



12 часов работы кофейной чашкой и Цой — жив! Теперь только чай.

Collapse )Collapse )
scared

Ебать конем! (с) Г.Каспаров

Вымок под дождем, мёрз. Голодный и липкий выполз в Бибирево, а там сушь.

В метро, в моем вагоне два уроженца южных городов валтузили друг друга по мордасам. Ощесточенно, зло, по-детски некрасиво. Тот, что моложе, парень лет двадцати пяти плевался и кричал "Рукыуберы!" Тот, что постарше, костюмированный сорокалетний гражданин с пакетом в руках и сединой на шрамированном затылке звонко щелкал молодого по щекам. Еблет джигита багровел, как заставка к Джеймсбонду. Красная кровь растекалась по черным вихрам. Мне вспомнилось стихотворение Михаила Светлова про московских скинхедов:

Родина для негра обреченного,
Город мой, я за тебя дерусь!
Ты впервые обнаружил вкус
В сочетанье красного и черного.


Это был День Жалости. Мне всех сегодня жалко.